Как выглядела улица 17 века как были одеты горожане кратко

Как выглядела улица 17 века как были одеты горожане кратко

Войти

Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal

Одежда средневековых горожан

Жители старинных городов были мало похожи на современных горожан. Они одевались совершенно по-иному. Помните сказку А. С. Пушкина о рыбаке и рыбке? Старик не узнал свою старуху, когда она стала богачкой:

На крыльце стоит его старуха
В дорогой собольей душегрейке,
Парчовая на маковке кичка,
Жемчуги огрузили шею,
На руках золотые перстни,
На ногах красные сапожки.

Бояре, богатые купцы носили широкие свободные одежды ярких цветов, шитые золотом и жемчугом. Рукава и подолы кафтанов обязательно отделывали другими по цвету материалами. Большие воротники, украшенные драгоценными камнями, пристегивались отдельно.
Широкие и длинные (до пят) одежды в старину называли опашнями. Их шили из шелка или тонкого сукна на подкладке, с разрезом спереди и очень длинными рукавами. Под рукавами делали отверстия для рук, а сами рукава завязывали узлом на спине. Опашни украшали красивыми пуговицами и ожерельем – шитым золотом и жемчугом воротником. Видимо, этот богатый летний наряд надевали, выходя из дома, в хорошую погоду. Носили его «на опашь», т. е. в накидку (отсюда и название «опашень», а также слово «запахнуться»).
В XVI в. появилась ферязь – широкое и длинное праздничное платье без воротника. Ферязь шили из шелка, бархата, парчи, подбивали мехом. Спереди ферязь украшали образцами – шитыми шелком и золотом петлицами. Первоначально ферязь была на завязках, которые потом заменили пуговицами. У ферязи, как и у опашня, были длинные рукава. В один из них, собранный в складки, продевали руку, а другой оставляли висеть до полу. Иногда рукава завязывали сзади.
Богатые горожане очень любили шубы. Их надевали даже не в очень большой мороз, чтобы показать свое богатство. А если было жарко, то к одежде прикрепляли красивый соболий воротник. Шубы шили обязательно мехом внутрь и сверху покрывали сукном или шелком. По бокам разреза спереди делали нашивки из другой материи. На них пришивали петли и пуговицы. Шубы обычно были в старину широкими распашными длинными, с отложными воротниками.
Предметом щегольства были не только меха, но и пуговицы, которые в те времена стоили намного дороже самого платья. Но самой модной деталью одежды был стоячий воротник – козырь. Слово «козырять» означало в старину «важничать».
Непременной деталью одежды на Руси был пояс. Без пояса могли выйти на улицу только дети. Богатые люди специально подпоясывались высоко под грудью, чтобы выпирал живот. В Древней Руси лишить человека пояса значило обесчестить его (отсюда известное выражение «распоясаться», что означало «опозориться»).
Наиболее распространенным поясом на Руси был кушак. Он был широким и длинным; его несколько раз оборачивали вокруг талии. Концы его иногда оставляли свободными, а иногда подтыкали с боков. За кушаком по азиатскому обычаю висел кинжал.
Высокая шапка называлась горлатной, потому что шили ее из шкурок с горла животных. Она была непременным атрибутом наряда богатого горожанина.
Не отставали от мужчин и горожанки. Они носили еще более широкие и яркие одежды. Длинные рукава откидывались назад, руки в них не просовывали. Девушки носили венцы и вплетали в косы ленты. А женщины тщательно убирали волосы под платок или головной убор – кику. Кика имела высокую налобную часть, расширявшуюся кверху, – чело. Его, как правило, делали из серебряного листа, обтянутого нарядной тканью и украшенного золотом, жемчугом и драгоценными камнями. Задняя часть кики – подзатыльник – была из плотной материи, собольего или бобрового меха. По краю кики пристегивалась бахрома, чаще всего из жемчуга, которая называлась поднизью.
На ногах богатые горожане и горожанки носили мягкие сапожки, а бедные – обувь из лыка. Выражение «не лыком шит» означало, что человек не из простых.
Н. Кончаловская в книге «Наша древняя столица» так описывает одежду, в которой москвичи ходили прежде:

Ой, вы, гости-молодцы,
Длиннополые купцы!
И бояре и дворяне,
Горожане и крестьяне,
Кто в сорочках и штанах,
Кто в коротких зипунах.
И такие франты были:
Длинный охабень носили,
Рукавами до земли
Пыль по улице мели.
А зимой, в мороз, в Москве
Надевали шубу, две.
А боярыня, бывало,
По три шубы надевала.
Любят в праздники рядиться
Наши русские девицы:
Ожерелья, серьги, бусы,
Ленты в косах до земли.
А молодки под убрусы
Прячут волосы свои:
В старину была коса
Только девичья краса!

Одежда ремесленников была простой: рубахи, порты и кафтаны. Порты шили из тонкого сукна – брюкиш и заправляли в сапоги (слово «брюки» произошло именно от этого названия). Шапки делали из валяного сукна. Волосы стригли в кружок и носили бороды.
Жены и дочери ремесленников, как и крестьянки, очень любили носить сарафаны. Поверх них надевали телогреи и душегреи – широкие и короткие кофты, а на голову – кичку или кокошник. Он покрывался яркой тканью и расшивался. Носили и платки – ширинки. Горожанки любили стеклянные и медные браслеты, костяные подвески для головных уборов, обручи и перстни из дерева и кости.

Источник

Как выглядела улица 17 века как были одеты горожане кратко

Войти

Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal

Комплекты одежды горожан (обзор источников XVI – XVII вв.)

Источники XVI – XVII в. содержат перечни предметов, дающие представление о комплекте городской одежды. Так, в кабальной записи нижегородского посадского человека, данной в 1684 г., говорится, что по отбытии срока службы хозяин должен «дать в наделок мне Лексею и жене моей и детям нашим платья: кафтан шубной, кафтан сермяжной, шапку, рукавицы, сапоги», для жены – «телогрею, растегай (сарафан? – М. Р.) кумашный, треух, башмаки, чюлки и детям нашим по тому ж (АЮБ III, № 360, стб. 429). Обычай этот – отпуская работника, «обуть, одеть как в людях ведется» – был, видимо, очень стойким и распространенным. Мастер-ремесленник по окончании срока ученичества должен был снабдить ученика не только необходимыми инструментами, но и одеждой. В некоторых записях оговаривается более подробно: «шуба новая, кафтан серый новый», «шуба, кафтан сермяжной, шапка, сапоги». Иногда упоминается и нижнее платье – рубаха, порты (Тальман, с. 70). В других же случаях, например в одной рядной записи из Новгорода 1684 г., говорилось, что ученик получит от мастера только верхнее платье, а «рубашки и порты отцовские» (АЮБ, № 205, с. 216 – 217). В 1623 г. шуйский иконник жаловался, что сбежавший ученик «снес» у него комплект одежды: кафтан шубный, зипун сермяжной, шапку синюю сукно иастрафилно с пухом, сапоги, штаны сермяжные» (АШ, № 22, с. 40 – 41). Поручная грамота о явке в суд г. Углича в 1675 г. перечисляет все те же вещи: иг.ппку с пухом, кафтан сермяжный, кафтан шубный, рукавицы, опояску – ценой три рубля с полтиной (АЮ, № 307 – IV, с. 323).
В середине XVI в. один новгородец заложил за 6 р. «однорядку багрову аспидну пояс на ней золот, пуговицы тафтяны, телогрею кунью под камкою, камка на червчатой земле узорчата шелк рудожелт, торлоп белей череви а на нем камка куфтерь голуба, вошвы оксамитны золоты, ожерелье женское на черной тясме делано серебром волочоным, запястья серебром шиты да золоты, птур (каптур? – М. Р.) – все новое» (ДАИ, т. I, № 51 – VIII, с. 76). Если не считать однорядки, которая могла быть и женской и мужской, перед нами комплект верхней женской одежды. В 1576 г. стрелецкий сотник заложил Спасо-Прилуцкому монастырю за 16 р. шубку «женскую зелену брюкишну, летник камчат червчат вошвы бархат с золотом зелен, торлоп куней, а на нем поволоки дороги лазоревы вошвы бархат цветной, каптур соболей наголной да две скатерти, одна шита, а другая браная» (АЮ, № 248, с. 266). Здесь тоже полный комплект богатой женской одежды. Поздней осенью 1644 г. в посаде Большие Соли (б. Костромской уезд) кабацкие откупщики зазвали в гости, а потом ограбили некоего А. К. Дерябина. Кроме пояса, взяли вишневую однорядку с серебряными позолоченными пуговицами, желтую дорогильную ферязь с шелковыми червчатыми завязками и кистями, лазоревую епанчу, червчатую, с соболем, шапку (Селифонтов, разд. А, № 36, с. 6).
Н. И. Костомаров приводит гардероб подьячего Красулина, сосланного в XVII в. в г. Колу: 2 пары штанов, 3 кафтана, 3 однорядки, 1 ферязь, 2 стоячих ожерелья и 4 шубы, из них одна особенно нарядная – крыта камкой с серебряным кружевом и пуговицами (Костомаров, с. 811). В данном случае это, по-видимому, была своеобразная служебная одежда приказного.
В описи очень богатого приданого дочери В. И. Бастанова, которую выдавали в 1668 г. в г. Шуе за стольника князя Ф. Ф. Щербатова, выделен специальный раздел, где перечислены вещи, предназначенные в качестве традиционных «мыленных даров» новобрачному. «Да к мыльне платья: сорочки с порты и ожерельем, ожерелья низаны на шести концах, с пуговицы 2 яхонта лазоревые да изумруд, закрепки зерны бурмицкими, охабень объяринный бруснишной с кружевом серебряным, обрасцы низаные, ферези атлас цветной на соболях, нашивка кизилбашская, кафтан, атлас желтой холодной, пуговицы обнизные, ожерелье стоячее обнизное, шапка зеленая бархатная с обшивкою и с петли жемчужными, штаны камчатые червчатые, чулки толковые, башмаки червчатые» (АШ, № 103, с. 188). Это полный (за исключением шубы) комплект богатейшей мужской одежды, которую не стыдно было надеть и князю Щербатову. Нижнее белье – сорочки и порты, вероятно, еще верхняя, богато расшитая сорочка (употреблено множественное число), к ней, наверно, то роскошное с драгоценными камнями ожерелье, которое описано так подробно, и красивые шелковые штаны, шелковые чулки и красные башмаки. Верхняя одежда – желтый атласный кафтан с другим жемчужным ожерельем. Так князь мог ходить дома, а выходя на улицу, надевал еще соболиную атласную ферязь или охабень брусничного цвета и зеленую бархатную шапку (а может быть, и ферязь и охабень). Впрочем, в парадной обстановке князь и дома мог быть одет во все упомянутые предметы сразу.
В богатом приданом зачастую не значатся сарафаны (АЮБ, т. III, № 328 – IV, V, стб. 266 – 314; 334 – VI, VII; 336 – V). Но обычай перечислять телогреи и шубы через одну (например, в Волхове в 1695 г. – АЮБ, т. III, № 334 – VIII, стб. 298 – 300), причем телогрея иногда «холодная», позволяет все же думать, что здесь описан какой-то вариант и сарафанного комплекса – женского костюма, причем телогрея и шуба составляли один комплект. Например, в Пензе в 1701 г. девушка из рода Юматовых получила в приданое киндячную шубу на заячьем меху, киндячную же телогрею, камчатную новую шубу на белках, шапку польскую с куницей, куний же треух, 20 полотенец, 20 рубах, 2 креста, 2 пары серег и, как часто делалось, постель – перину, изголовье, 2 расшитые простыни и баранье (меховое?) одеяло (АЮБ, т. III, № 334 – IX, стб. 300 – 302). В очень богатом приданом бывало по нескольку комплектов постелей: каждая с особым шитьем.
В конце XVI в. Д. Флетчер описал довольно подробно мужской и женский костюм. Мужскую рубаху, «изукрашенную шитьем потому, что летом они дома носят ее одну», распашной шелковый зипун длиной до колен, узкий длиной до лодыжек кафтан «с персидским кушаком, на котором вешают ножи и ложку», подбитую мехом ферязь или охабень, очень длинный, с рукавами и воротником, украшенным каменьями (вероятно, речь идет об «ожерелье»). Поверх всего, как пишет Флетчер, надевалась однорядка из тонкого сукна без воротника. На ногах – сафьяновые сапоги с онучами. Иностранец заметил также манеру носить на голове богато вышитую тафью, которую он называет «ночной шапочкой». «На шею, всегда голую, – пишет он также, – надевается ожерелье из драгоценных камней шириною в три и четыре пальца» (Флетчер, с. 125). От англичанина не ускользнули и социальные различия: «У бояр платье все золотое, у дворян иногда только кафтан парчовый, а все остальное суконное». «Мужики» (вероятно, все же горожане, а не крестьяне, как следует из дальнейшего описания) одеты очень бедно; под однорядкой у них кожух «из грубого белого или синего сукна», на голове – меховая шапка, на ногах – сапоги (Флетчер, с. 126 – 127). «Женщина, когда она хочет принарядиться, надевает красное или синее платье и под ним теплую меховую шубу зимою, а летом только по две рубахи, одна на другую, и дома и выходя со двора. На голове носят шапки из какой-нибудь цветной материи, многие также из бархата или золотой парчи, но большею частью повязки. Без серег серебряных или из другого металла и без креста на шее вы не увидите женщины, ни замужней, ни девицы». К женскому наряду Флетчер возвращается несколько раз. Особенно много внимания он уделил головному убору. На голове женщин, пишет он, повязка из тафты, чаще – красной, поверх нее – белый убрус, затем – шапка «в виде головного убора из золотой парчи» с меховой опушкой, жемчугом и каменьями. «С недавнего времени перестали унизывать шапки жемчугом (речь идет, вероятно, о женщинах высшего круга. – М. Р.), так как жены дьяков и купцов им подражают». В ушах женщин серьги «в два дюйма и более». Летом носят «полотняное белое покрывало, завязываемое у подбородка, с двумя висящими кистями», унизанное жемчугом. В дождь женщины носят шляпы с цветными завязками. На шее – ожерелье, на руках – запястья «шириной пальца в два». Из верхней женской одежды Флетчер описывает ферязь, поверх которой надевают летник с широкими рукавами и парчовыми вошвами, на него – еще опашень с рукавами «до земли». Золотые и серебряные пуговицы были, по словам Флетчера, «с грецкий орех». Наряд дополняли сапожки из белой, желтой, голубой или иной цветной кожи, вышитые жемчугом (Флетчер, с. 125 – 127). Мы видим, что иностранец не всегда мог разобраться в названиях, покрое и порядке разнообразных верхних мужских и женских одежд (например, поверх шубы надевали, видимо, не платье), в сложном устройстве женского головного убора, но в целом наблюдательность позволила ему составить верное представление о городском костюме.
Домострой перечисляет предметы одежды, которые шьются в домашних условиях. Кроме упомянутых уже нижних и верхних («красных») рубах, портов, сарафанов, кафтанов и летников, названы шуба, терлик, однорядка, кортель, каптур, шапка, ноговицы. Не упущено указание, когда лучше стирать: «Коли хлеба пекут, тогда и платье моют». «Красные» рубашки и лучшее платье моют мылом и золой, полощут, сушат, катают (утюги тогда не были известны). Выгода двойная: экономия дров и зола под рукой. Есть, конечно, и рекомендация, как хранить одежду и украшения: «А постеля и платья по гряткам (полкам. – М. Р.) и в сундуках и в коробьях и оубраны, и рубашки, и ширинки все было бы хорошенько и чистенько и беленько оуверчено и оукладено и не перемято. а саженье, и мониста, и лутшее платья всегда бы было в сундуках и в коробьях за замком, а ключи бы (хозяйка. – М. Р.) держала в малом ларце». А платье похуже – «ветчаное, и дорожни, и служни» (упомянуты епанчи, шляпы, рукавицы) – полагалось держать в клети (Д., ст. 31, с. 29; ст. 29, с. 28; ст. 33, с. 31; ст. 55, с. 53).
В г. Воронеже в конце XVII в. в домах посадских людей описаны короба, в которых среди прочего имущества оказались рубахи мужские и женские, кодман, тулуп бараний, шапка мужская с соболем, сарафаны (у одной женщины – шесть штук), золотые сороки, серьги, мониста, перстни, цепи, головные платки, заготовки сапог и пр. (ТВорУАК V, № 2750/1524, с. 331 – 333). По этому подробному перечню можно судить отчасти о женском костюме (рубашка, кодман; сорока, платок, сапоги), а главное – о том, что в хозяйстве горожанина было все для тканья, шитья и вышивания одежды и даже заготовки сапог. Дорогие привозные материи и меха Домострой рекомендует покупать сразу в больших количествах (разумеется, учтя рыночную ситуацию) (Д., ст. 16, с. 14; ст. 41, с. 39 – 40).
Иногда и в крестьянской клети могло по каким-либо причинам храниться имущество феодала. В 1638 г. ярославская помещица М. А. Тулова подала челобитную о такой краже у своего крестьянина. Среди украденного оказались: «летник киндяшный, да летник дорогильный с вошвами, телогрея киндяшная на зайцах, телогрея дорогильная червчатая на белках, ожерелье жемчужное пуговицы серебряны позолочены, ожерелье черная тесьма с пуговицами ж, монисто, на нем 15 крестов, 15 перстней серебряных, шапка женская шита по атласу червчатому, трои серги, полотен тканых 30, рубашек женских 20 да стайных рубахи 2, рубашек мужских 3 – две шиты в петли, а третья – в пришивку, два пояса шитьи с кистями, два убруса шитые» (Селифонтов, разд. А, № 32, с. 76). Среди всего этого имущества выделяются как будто бы два женских костюма – киндячный (летник и телогрея) и суконный (дорогильный – тоже летник и красная телогрея). К каждому костюму – свое ожерелье. А вот что могло храниться в доме феодала Андрея Аристова. Разбойники похитили у него в числе прочего имущества одежду мужскую, женскую, детскую и «людскую», т. е. в данном случае, видимо, одежду дворовых. Наверное, барину принадлежали, по крайней мере, 6 из 16 рубах – те, что были шиты золотом, кафтан, 2 шубы, шапка, 2 треуха. Барыне принадлежали 5 рубах, 4 сарафана, 10 кокошников, телогрея, охабень, шуба и украшения – кресты, перстни, серьги. Детям – 2 из упомянутых выше рубах, 2 кафтана, шуба. Слугам – рубахи, сарафаны, 3 сермяжных и 4 овчинных кафтана (АЮБ, т. III, № 329, стб. 120 – 272). Если такой запас одежды должен был держать, видимо, не очень богатый феодал, то можно представить, каковы были хранилища одежды при великокняжеском и царском дворах, откуда выдавалось роскошное платье дворянам и детям боярским для участия в различных церемониях.

Источник

§ 33-34.8. Одежда и питание горожан

Богатые дворяне выписывали наряды из Парижа и Лондона, покупали у торговцев модной одежды, заказывали у модных портных. Крепостные мастера шили одежду для небогатых дворян. В моде были парики. Их обсыпали пудрой, мукой или толченым мелом. Но к концу века парики повсюду исчезли.

У богатых дворян одежда, как и жилище, являлась средством демонстрации богатства. Одежду отделывали золотым и серебряным шитьем, драгоценными камнями, дорогими кружевами. Так, на парадной шляпе Потемкина было столько драгоценных камней, в том числе бриллиантов, что она весила полпуда. Светлейший князь имел рядом с собой слугу, который в случае надобности держал эту тяжесть в руках.

33.40

Дворянин конца XVIII в.
Современный рисунок

Женщины носили юбки в виде колокола, который ставился на специальный каркас из тростника или китового уса. Позднее появилась более легкая и эластичная основа — фижмы из конского волоса или мягкой проволоки. Вошли в моду и кринолины — еще более гибкие каркасы, придававшие юбкам округлую форму. К концу века появляются гладкие, открытые легкие платья, стянутые под грудью.

33.36

Дворянка конца XVIII в.
Современный рисунок

Такой наряд был совсем не подходящим для русского климата, женщины мерзли, но терпели. На что только не пойдешь ради моды!

В XVIII в. женщины носили парики, а позднее — высокие прически, которые сооружали при помощи подушечек и валиков. Чего только не взгромождали себе на голову модницы! Вплоть до макетов парусных судов и корзин с цветами! Дополняли женский наряд непременный веер, разного рода медальоны, легкие шарфы, косынки.

33.41

Парный портрет детей.
Художник Ц. Г. Левицкий

Одежда купцов и других горожан была, естественно, проще: кафтаны, поддевки, рубахи, сапоги, шубы или полушубки. И совсем бедной была она у простонародья — сермяжные грубошерстные кафтаны, порты, лапти и онучи, редко сапоги, холщовые рубахи, суконные шапки. Зимой надевали нагольные полушубки.

Вельможи ели на дорогих немецких и французских фарфоровых сервизах. А наиболее богатые использовали посуду из золота и серебра. Во второй половине XVIII в. в богатых дворянских, купеческих, чиновничьих домах в моду вошла французская кухня. Из-за границы выписывали иностранных поваров.

33.42

Перестали есть руками, в обиход вошли ножи и вилки. Мясо больше не подавали на стол большими кусками. Его резали, измельчали, готовили в виде котлет. В моду вошли салаты, гарниры. Русский язык пополнился такими французскими словами, как суп, бульон, пюре, соус, фарш, паштет, рулет и др. Традиционными стали чай и кофе.

33.43

Выезд купцов.
Художник Ф. Лерье. XVIII в.

Но русская кухня не исчезла. По-прежнему желанными были блины, пироги, квас, сбитень.

Некоторые вельможи держали открытый стол. Это означало, что любой дворянин мог отобедать у такого хозяина, даже не будучи ему представленным. Это удовлетворяло тщеславие богатых особ.

Питание простых горожан было намного скромнее. Но и здесь тоже произошли значительные перемены. За столом больше не ели из общей миски. В домах также появились вилки и ножи. Но о французской кухне здесь не помышляли.

33.44

Большой дворец в Петергофе.
Архитектор В. В. Растрелли

Во второй половине XVIII в. в крупных городах зародились учреждения общественного питания: ресторации, кофейни, кондитерские. Там порой собирались городские жители, близкие по своим интересам, которые общались, обменивались новостями. Для людей попроще существовали трактиры.

Источник

Имя, Названия, Аббревиатуры, Сокращения
Adblock
detector