Как вы полагаете где был сооружен этот мост укажите его место на карте 4

Как будет

На постройку Исаакиевского моста было отпущено: «барок ис покупных в Ладоге дватцать девять, барочных досок разных мер три тысячи сто семдесят семь, кокор тритцать пять, брёвен длиною трёх сажень двести девятнатцат, четырёх сажень семьсот семьдесят девят».

Первый Исаакиевской мост наводился под руководством первого русского кораблестроителя, поручика Бомбардирской роты лейб-гвардии Преображенского полка Филиппа Петровича Пальчикова.

Название Исаакиевскому мосту дала небольшая деревянная церковь Исаакия Далматского, находящаяся на левом берегу Невы. В 1730-х годах её сменил высокий каменный храм, который позже был разобран. Во второй половине XVIII века новый Исаакиевский собор занял то место, которое сейчас занимает четвёртое по счёту здание Исаакиевского собора.

В том же 1727 году после кончины Екатерины I престол занял новый император Пётр II. По одной из версий попавший в опалу князь Меншиков поспешил распорядиться разобрать переправу через Неву, дабы воспрепятствовать вывозу имущества из своего дворца. Это ему не помогло. Имущество конфисковали, а самого князя навсегда выслали из Петербурга. Более правдоподобным выглядят сведения, ссылающиеся на указ Верховного тайного совета от 16 августа 1727 года. Согласно этому указу осенью Исаакиевский мост был разобран, на его месте устроили перевоз.

Вид на Исаакиевский мост. Раскрашенная литография. 1830-e гг.:

Племянница Петра I Анна Иоанновна, став императрицей, 4 марта 1732 года повелела Пальчикову заново навести Исаакиевский мост. Правда к тому времени конструкций первой переправы уже было не найти. Поэтому в спешке по всему городу собрали имеющиеся разнокалиберные плавсредства, использовав их вместо стандартных барок. В скором времени новый Исаакиевский мост был готов, о чём Пальчиков рапортовал уже 30 мая 1732 года. Конечно, такой мост не был надёжным. В следующем году шторм разметал его по частям, некоторые барки затонули.

Третий Исаакиевский мост в 1733 году строили «листовых судов» мастер Соловьёв и «лекарский помощник» Стеклов. Для него изготовили новые особо прочные барки-плашкоуты. С той поры Исаакиевский мост наводился каждую весну, осенью его убирали.

Два пролёта Исаакиевского моста были разводными. Их уводили в сторону для пропуска мачтовых судов. Переправу разводили также при спуске со стапелей Адмиралтейства кораблей, дабы либо они сами, либо поднимавшиеся при спуске волны не повредили мост.

Указом от 10 мая 1738 года плата за проход и проезд по Исаакиевскому мосту была повышена. Дабы это обстоятельство не снизило сборы, были упразднены три перевоза через Неву: от Зимнего дворца, от Крюкова канала и от Галерного двора. Правом бесплатного проезда пользовались дворцовые кареты, дворцовые курьеры, пожарные и воинские части. На собранные таким образом «мостовые» деньги в Петербурге был построен Никольский собор. В 1754 году в день рождения престолонаследника великого князя Павла Петровича плата за проезд по Исаакиевскому мосту была отменена.

С 1779 года переправу через Неву возводили и зимой после ледостава. Для провода барок к месту строительства во льду приходилось прорубать каналы.

Развод Исаакиевского моста ежедневно контролировал дежурный офицер Адмиралтейской коллегии, являвшийся одновременно и начальником караула. Иногда во время разводов моста случались чрезвычайные происшествия. 4 октября 1809 года два морских офицера Н. А. Хвостов и Г. И. Давыдов решили не ждать окончания прохода барж по Неве и решили перейти по разведённой переправе. С Исаакиевского моста им удалось перепрыгнуть на баржу, но при попытке взобраться на другую сторону моста они сорвались и утонули. Этот случай долго обсуждался петербургской публикой. Г. Р. Державин по такому поводу удосужился написать стихотворение «В память Давыдова и Хвостова».

Строительство каменных устоев Исаакиевского моста:

Каменные устои Исаакиевского моста были сооружены в 1819-1821 годах под руководством инженеров А. А. Бетанкура и В. К. Треттера. Тогда же переправа была реконструирована. Новая усовершенствованная конструкция плашкоутов с подкосами позволила увеличить грузоподъёмность и сократить их количество. Об этих работах напоминает памятная надпись на береговом устое, который находится напротив дома №13 по Университетской набережной.

После окончания строительства первого постоянного моста через Неву (Благовещенского) в 1850 году Исаакиевский мост передвинули выше по течению реки. Он занял то место, которое ныне занимает мост Дворцовый. В апреле 1879 году на нём установили несколько экспериментальных электрических фонарей, спроектированных П. Н. Яблочковым.

Исаакиевский мост, 1750-е гг.:

Наплавная плашкоутная переправа просуществовала здесь до 1912 года, когда на её месте начали строить постоянный Дворцовый мост. При этом барки передвинули на старое место, вернув Исаакиевский мост на место своего «рождения».

Он продолжал освещаться керосиновыми фонарями, запас керосина для которых хранился в одном из плашкоутов. 11 июня 1916 года от искр проходящего мимо парохода загорелся бак с керосином, что послужило причиной крупного пожара. Ветер быстро перекинул огонь на весь Исаакиевский мост, который таким образом был практически полностью уничтожен. В огне лопнули ужерживающие барки тросы, из-за чего горящие конструкции по течению доплывали до Благовещенского моста и тлели у его устоев.

Восстанавливать наплавной Исаакиевской мост не стали. С того времени о нём напоминают лишь каменные устои на Университетской и Адмиралтейской набережных.

Мемориальная доска на Университетской набережной:

Дубликаты не найдены

Интересно, почему было невозможно сооружение постоянного моста? В Праге за 200 лет до этого построили Карлов мост в 2 раза длинее.

Так чтобы ставить и убирать быстро, вестимо. Надежные механизированные разводные мосты появились уже позже.

Ничего что Петр I основал Петербург?))

Годы жизни Петра I: 1672-1725 гг.

Год основания Санкт-Петербурга: 1703 г.

Кажется, я начинаю понимать геологов.

Это тех, которые бьют канделябром в жбан? 🙂

Какой Питер до Петра? Насколько мне помнится на этих землях даже племен никаких не было не то что цивилизованных поселений или городов.

Не могу видеть такое невежество, хотя бы проверили свою мысль что ли.

Ученые улицы около проспекта Науки

В честь кого названы улицы, пересекающие проспект Науки в Санкт-Петербурге?

Дальше проспект пересекает улица академика Константинова, носящая имя русского физика Бориса Петровича Константинова (1910—1969). Он занимался исследованиями в области акустики, заведовал созданной им кафедрой физики изотопов в Политехническом университете. Вместе с изобретателем терменвокса работал над созданием новой сигнализации хранилища Госбанка, в которой как раз использовались принципы работы этого музыкального инструмента.

А вот улица Вавиловых названа в честь родных братьев. Николай Иванович Вавилов (1887-1943) внес огромный вклад в развитие генетики, а также ботаники и растениеводства. Сергей Иванович Вавилов (1891-1951) был физиком, исследователем в области оптики и люминесценции веществ.

Читайте также:  Как будет по английски узоры

С улицей Бутлерова пересекается улица Фаворского, названная в честь выдающегося химика-органика, академика Алексея Евграфовича Фаворского (1860—1945). На его трудах построено современное изучение углеводородов, а в промышленности используются открытые Фаворским способы синтеза изопрена и изопренового каучука.

Итак, мой рассказ завершается. Спасибо вам за то, что составили мне компанию на этой небольшой прогулке!

Небольшое послесловие. Изначально этот рассказ был куда короче, я просто подготовила небольшую подборку формата «who is who» для своей семьи. Но после общения с пикабушниками в комментариях к посту про улицы Приморского района, текст вырос в длиннопост. Надеюсь, вам не будет скучно его читать.

Источник

Легенды моста «восемнадцати яиц»

Какой мост самый красивый и узнаваемый в Петербурге? Аничков. Неудивительно что вокруг него постоянно крутились различные легенды. Хочу ответить на самые интригующие и значимые вопросы. Чье лицо на гениталиях коня? Почему мост «восемнадцати яиц»? Причем тут кони из Неаполя? Все это можно узнать из народных легенд и истории.

Еще в середине XIX века, в период всеобщего восхищения клодтовскими шедеврами, в Петербурге из уст в уста передавались рифмованные строки появившиеся на задней части спины одного из коней:

Барон фон Клодт представлен ко кресту

За то, что на Аничковом мосту

На удивленье всей Европы

Он выставил четыре голых жопы…

Когда царь-батюшка Николай I узнал об этой выходке из полицейского рапорта, то на нем экспромтом вывел строки собственного сочинения:

Сыскать мне сейчас же пятую жопу

И расписать на ней Европу!

Снова вернемся в XIX век, как вам легенда, что создатель скульптур умер в скором времени после того, как был грубо оклеветан? Простите за тавтологию, но злые языки поговоривали, что у двух коней нет языков. А Клодт помешанный на скульптурном сходстве взял да и сунул руку в пасть всем четырем, и, о ужас, языка в двух не нашел. Впал в депрессию и умер. Кони все на том же месте, если хотите можете проверить. Но не советую, высоковато все же.

А вот то, что две коняшки не подкованы – это факт, не лишенный символизма. Подкованные стоят лицом к западу – стало быть к войне готовы, а восточные нет – с мирными целями. Хотя существует другая легенда, она историческая и лишь отражает юмористическое настроение горожан. Тогдашние петербуржцы справедливо рассудили, что скульптор так их расставил недаром, ибо «подкованные лошади идут от кузниц на Литейном». Вот такая она реклама XIX века и «джинса» царских времен.

В историю создания скульптурных групп вдаваться здесь особо не буду, скажу лишь, что дело было давно – аж в 1831 году и предназначались эти лошадки вовсе не на мост, а на дворцовую пристань и были утверждены царем. Самому же Клодту эти кони позволили значительно продвинуться по карьерной лестнице и получить вполне заслуженное уважение от современников, ну и теперь от потомков.

Сам же мост одно время назывался не Аничков, а Аничкин. Очень это название полюбилось петербуржцам, табличку говорят даже прикрутили соответствующую, а в народе легенды успели придумать о некой Анечке – безызвестной героине одной туманной любовной истории, связанной то ли с архитектором, то ли с одним из джамшутов-строителей моста. Но один из потомков рода Аничкиных накатал жалобу в городскую управу и название вернули назад. Ох уж эти активисты.

Исторические языки поговаривают, что при торжественном открытии скульптурных композиций Николай I хлопнул великого скульптора по плечу и молвил: «Ну Клодт, ты лошадей делаешь лучше, чем жеребец».

Вообще Николай I благоволил к Петру Клодту, тем более они обожали верховую езду. Одна из легенд гласит, что скульптор катался на лошади в свите царя. Вдруг его скакун сорвался и вырвался вперед, а по придворному этикету того времени это было просто непозволительно, но император только иронично заметил: «Создавать статуи коней Клодту удается значительно лучше, чем кататься на них».

История коней некоторыми ниточками из клубка тянет в Неаполь. В 1844 гипсовые скульптуры в восточной части моста наконец-то заменили на бронзовые. Простояли они недолго, через два года Николай I подарил их королю обеих Сицилий за гостеприимство оказанное русской императрице во время путешествия по Италии. Заодно Клодта наградили Неаполитанским орденом. Когда кони переехали в Неаполь, местные газеты вышли с заголовками: «В Неаполе находится нынче три чуда: тело Спасителя, снятое со креста, покрытое прозрачной мраморной пеленой, «Снятие Спасителя со Креста» — картина Эспаньолетта, и бронзовые кони русского барона Клодта». Увидите, передавайте им пламенный привет из Питера.

К слову, жители того Петербурга в XIX веке шутили: в Петербурге не употребляют алкоголь только четыре человека, все они стоят на Аничковом мосту и не пьют лишь потому, что держат коней и руки у них заняты.

Найдены дубликаты

ВПитере

3K поста 9.4K подписчиков

Большинство легенд явно притянуты за уши, но все равно интересно!

у Пикуля есть рассказ интересный про барона. — Что за мастеровой живет в угловом доме?

— А шут его знает. Говорят, будто из баронов, был офицером по артиллерии. Тока не верится. Уж больно прост. Даже со мною здоровается. Чудит! А сам куску хлеба рад.

— На лошадях помешался, что ли?

— Оно так. Бывало, затащит к себе в подвал кобылу, сам между ног ее приладится и рисует всяко. Как это не боится?

Ведь зашибут копытом. Никто и знать не будет.

Этим бедным бароном был Петр Карлович Клодт, а точнее — барон Клодт фон Юргснсбург, потомок древних рыцарей из Вестфалии, которые позже владели в Курляндии замком Юргенсбург, полученным ими в дар от герцога Готкарда Кетлера, предшественника известной всем нам династии герцогов Биронов.

Странный вывод у вас, что в мирных целях лошадей не подковывают 🙂

На уроках истории города и во время экскурсий рассказывали, что западное направление и подкованные лошади символизируют прогресс и движение вперед, а восточное, без подков – все архаичное.

В сторону лавры, кстати, подков нет 🙂

Там еще процесс приручения природы. На каждой следующей скульптуре конь все более приручен. Подковы туда же.

Один из моих любимых мостов, именно из за коней. Запустили бы уже коптер, языки посчитать.

«Милиционер поймал пьяного рабочего, который писал с моста в Фонтанку. Подвел его к скульптурам и говорит. видишь, что тут написано! тут культурное место! даже на камне высечено. отливал барон Клодт! А рабочий ему. за что боролись!? Барону значит отлить можно, а рабочему нельзя?»

Читайте также:  Как быть самой красивой для мужа

Еще пара в Кузьминках, в Москве.

Я этот мост просто называю: «Кони с яйцами»)

Мост Ломоносова

Носки с петербургским колоритом

Пробег 1912 года на иностранных грузовиках по России по маршруту С-Пб-Москва-Тула-Орел-Брянск

Грузовики должны были прийти на смену гужевому транспорту, но, как показал пробег, порой они сами не могли справиться с российскими дорогами без помощи конной тяги

«Испытание грузовых автомобилей будет проводиться с целью определения при условиях русских шоссейных дорог прочности конструкции грузовиков в отношении механизма и остова, а также горючего материала и пригодности грузовиков к движению в колонне на дистанции около 80 шагов один от другого», — так значилось в правилах конкурса грузовиков, организованного Военным министерством осенью 1912 года.

Грузовые автомобили в Российской Империи тогда не выпускались, поэтому Военное министерство закупало их у иностранных производителей. С целью выяснить наиболее пригодные для армии типы грузовиков в июне 1911 года состоялся первый подобный пробег из Санкт-Петербурга в Москву с дополнительными испытаниями на проселочных дорогах Московской губернии. Почти все участвовавшие в нем автомобили были собственностью Военного министерства и находились в Учебной автомобильной роте.

В 1912 году условия мероприятия поменялись — пробег организовали уже как конкурс. Фирмы-участники отправили на него свои машины, шоферов и даже оплатили бензин. Неосвоенный российский рынок и возможность получить большие заказы побудили два десятка ведущих европейских производителей испытать на русских дорогах свои автомобили.

Техника собралась самая разнообразная: легкие полуторатонные La Buire и Fiat, бескапотные «Клеман-Баяры» и «Делаэ» (так у нас называли французскую марку Delahaye), мощные и тяжелые немецкие «Бюссинги» с агрессивно выставленными вперед радиаторами, Renault с капотами-утюгами. Не остались в стороне Benz и Daimler, причем «Бенцев» было восемь, и все разной грузоподъемности. Девять автомобилей — больше всех — выставила фирма Saurer. Многие марки сегодня уже не с уществуют и известны лишь историкам: Adler, NAG, De Dion-Bouton, Stoewer, SPA, Commer Car, MannesmannMulag… Плюс еще фирма Bussing выставила на конкурс омнибус (так тогда называли автобусы), а «Заурер» — санитарный автомобиль. Впервые на российских дорогах испытывался полноприводный грузовик марки Skoda.

Итого набралось 54 участника. «Конкурсантов» сопровождали цистерна с бензином на шасси грузового White, семь казенных легковых автомобилей и тринадцать частных. Среди участников пробега могли быть и грузовики Русско-Балтийского вагонного завода в Риге, но они не были готовы к сроку.

Büssing «Бюссинг» мог перевозить 4 тонны груза и еще 2 тонны в прицепной тележке

Büssing Омнибус с 38-сильным двигателем и вместимостью салона 18 человек

Delahaye Грузовик бескапотной компоновки с двигателем под сиденьем шофера (дедушка «шишарика»-ГАЗ-66)

Mannesmann-Mulag Немецкий грузовик «Маннесман-Мулаг» грузоподъемностью 3 тонны

Saurer Санитарный автомобиль «Заурер» с местами для шести раненых

Санитарный автомобиль «Заурер» в ходе пробега, на фоне кафедрального Покровского собора г. Брянска.

Saurer Походная мастерская — еще один спецавтомобиль фирмы «Заурер»

Stoewer Трехтонный немецкий самосвал «Штевер» с боковым опрокидыванием

White Цистерна «Уайт» сопровождала пробег, но не принимала участие в конкурсе

Грузовики Fiat оказались настолько хорошо приспособленными к российским условиями, что в 1916 году московский завод АМО приобрел у итальянской фирмы лицензию на их производство

Участие в таком тяжелом и серьезном испытании, как пробег грузовиков, стало хорошим рекламным козырем для многих фирм, в том числе и производителей автомобильной резины

В шахматном порядке

Стартовал пробег 19 сентября. Осеннее время выбрали специально, чтобы « иметь возможность произвести испытания при низкой температуре и в дождливую погоду». Рекогносцировка показала, что трасса от Санкт-Петербурга до Москвы не вызывает особых опасений, а вот дороги южнее отличаются плохим состоянием и слабыми мостами. Именно последний факт заставил изменить маршрут для колонны тяжелых грузовиков — их бы не выдержали ветхие деревянные мосты. Все автомобили, участвовавшие в конкурсе, шли полностью нагруженными — в качестве балласта выступали кирпичи и тюки с прессованным сеном.

«Заурер» разгружают от балласта — прессованного сена, — чтобы вытащить его заднее колесо

«Коммер-Кар» в Юхнове после ночной стоянки «сильно загряз»

До Москвы добрались без особых приключений. По этой дороге военные автомобилисты проезжали уже не первый раз: совсем недавно Учебная автомобильая рота принимала участие в торжествах по случаю юбилея Отечественной войны 1812 года, да и вообще движение машин на этом участке уже тогда было интенсивным.

В пути разделенные на четыре взвода грузовики отрабатывали различные режимы движения: в колонне, в определенном порядке, с любой скоростью при наименьшем расходе бензина, с постоянной скоростью 18 верст в час.

Настоящие испытания начались южнее Москвы.

При въезде в город Мценск некоторые грузовики не смогли самостоятельно взять подъем: «шоссе» представляло собой россыпь выбоин, покрытых черноземной грязью, размокшей от дождя. Автомобили пришлось разгрузить, отцепить прицепные повозки и впрячь 14 лошадей, чтобы втащить их в гору. Правда, не все оказались такими беспомощными — самостоятельно подъем взяли «Бюссинг» и «Мулаг», а также полноприводная «Шкода».

Начавшиеся дожди превратили дороги, причем не только шоссейные, но и в населенных пунктах, в непроходимое месиво грязи. «Городское шоссе в Карачеве, — гласил отчет о пробеге, — в ужасном состоянии: ухабы, ямы, рытвины, грязь по оси и полное отсутствие следов мощения». Преодолевая улицы этого города, Fiat «на ухабе сел бензиновым баком на землю и повредил его».

Так выглядело «шоссе» около города Карачев. Конкурс решили специально проводить только по шоссейным дорогам, отказавшись от проселочных из-за бездорожья. Но полностью избежать его так и не получилось

Недалеко от Карачева у шедшего под № 13 грузовика «Клеман-Баяр» загорелся карбюратор. Как указано в отчете, «капот был сброшен и пламя потушено комьями земли»

Заглохший из-за пожара карбюратора «Клеман-Баяр» сталкивают с дороги. Трехтонный грузовик нагружен под завязку

Участок Брянск — Орел потом признали самым худшим. «Щебенный слой во многих местах совершенно отсутствует, встречаются ямы глубиной до аршина, наполненные жидкой грязью. Во многих местах выбоины во всю ширину дороги или расположены были в шахматном порядке. На прохождение 1–11/2 верст требовалось от 15 до 20 минут, и то если грузовоз проходил собственными силами и не требовал буксировки». На подобных участках на колеса надевались цепи, но это не очень помогало в преодолении размокшей грязи, и машины садились намертво. Вырытые впереди идущими колеи сначала прокладывали кирпичами, затем сверху досками — их тоже везли с собой — и пускали грузовик.

В таких ситуациях про заданные режимы движения колонн приходилось забывать и пускать вперед более легкие машины. От постоянных пробуксовок трещали моторы, слетали с дисков цельнорезиновые покрышки, провисали и рвались приводные цепи — тогда еще не на всех автомобилях применялись карданные валы. После подобных приключений уставшие и грязные автомобилисты лишь за полночь прибывали в пункт ночевки, порой размещаясь на ночлег где придется — не во всех городах находились свободные номера в гостиницах.

Состояние дорог стало отдельной главой в отчете — главное внимание в ней было отдано злополучным мостам, ужасное состояние которых признавали даже местные власти: «Орловское земство не проклинало грузовозы, проходящие по их мостам, а относилось спокойно и радушно, говоря словами земского инженера: «Нужно переправить мосты на земских дорогах согласно требованиям армии. Прошло то время, когда можно было строить деревянные мосты на курьих ножках, по которым не могут проходить даже полевые артиллерия и обозы».

Другой бедой стали ветхие деревянные мосты. Некоторые из них к моменту пробега не ремонтировались по десять лет, т. е. со времени постройки, и не выдерживали прохождения тяжелых грузовиков. Так, на пути к Орлу «лопнул мост под «Адлером», который шел быстрым ходом», один раз мост ломался под «Заурером».

Читайте также:  Как будет кабан наоборот

Такие аварии сразу же нарушали ход колонн — требовалось значительное время для того, чтобы не только вытащить грузовик, но и разгрузить его перед этим, а потом снова заполнить балластом. После этого начинался ремонт моста, по которому предстояло пройти остальным грузовикам. В ход шли доски, которые везли с собой, а также перила моста. Однажды досок не хватило и их пришлось купить у проезжавшей мимо крестьянки, запросившей за них двойную цену с уверениями в том, что она женщина бедная. Ликвидация последствий провала «Заурера» заняла четыре часа.

Прогнившие доски на мостовых настилах не выдерживали тяжелых грузовиков

В Рославльском уезде Смоленской губернии на 28-й версте грузовик «Заурер» «продавил мостовой настил, провалился задним колесом и застрял». Автомобиль пришлось разгружать и извлекать при помощи домкратов

Мост через реку Шаню, по свидетельству очевидца, «весь содрогается и настилка его пляшет и прогибается», но грузовики прошли через него без аварий

На обратном пути температура опустилась ниже нуля, подморозив размокший от дождей грунт и облегчив тем самым движение. Правда, начались некоторые проблемы с запуском двигателей, но их решали простым способом — разведением костра под автомобилем. В Санкт-Петербург участники пробега вернулись 12 октября, проведя в пути 23 дня.

Результаты конкурса не определили ни конкретных победителей, ни оптимальный тип грузовика для армии. В сводной ведомости отмечались только состояние узлов и агрегатов, а также выявленные достоинства и обнаруженные недостатки. И если первые оказались почти у всех, то некоторые автомобили избежали негативных оценок. Не нашлось изъянов в конструкции немецких Benz, Adler, Stoewer и Mulag, французских La Buire, итальянских Fiat и австрийского Laurin & Klement.

На основании этих выводов для армии закупили партии грузовиков, составившие основу автопарка в предвоенные годы. Но во время Первой мировой войны самыми массовыми в Русской императорской армии стали американские White и Packard, которые, к слову, в конкурсе участие не принимали, — к лету 1917 года в войсках насчитывалось более 2000 грузовиков каждой марки. Их приобретали уже во время войны, когда стало не до конкурсного отбора. Собственное производство грузовых автомобилей в Российской Империи по сравнению с этими цифрами было ничтожным, а большая часть моделей, признанных на пробеге 1912 года подходящими для наших условий, оказалась по ту сторону фронта.

Полноприводный грузовик Skoda шел под № 52 по укороченному маршруту. Официальный отчет в разных разделах указывает два варианта мощности двигателя: 45 и 55–70 л.с. при 1000 об/мин. Грузоподъемность — 4 т, вместе с тележкой — 6. На грузовике устанавливался радиатор сотового типа фирмы Daimler, и совместно с ней же был разработан привод передних колес, указанный как «патент «Даймлер» — «Шкода».

В первый же день на перегоне Санкт-Петербург — Чудово выяснилось, что автомобиль «не может следовать со средней скоростью движения всей колонны, задерживая идущие за ним грузовики № 53 и 54. Начальником колонны дано было распоряжение следовать № 52 в хвосте колонны». На следующий день плетущаяся в хвосте «Шкода» опоздала на конечный пункт в город Крестцы на два часа. Перегон от Вышнего Волочка до Твери проходил в свободном режиме, и «Шкода» преодолела его медленнее всех со средней скоростью 10 верст в час. После этого грузовик стартовал раньше, чтобы не отставать от остальных.

Проблемой оказался вентилятор системы охлаждения. Сначала ослаб ремень, что несколько раз приводило к закипанию воды. Натяжка не помогла, и мотор продолжал кипеть. Представитель фирмы объяснил, что «вентилятор на медленном ходу делает слишком мало оборотов». Обнаружились и другие недостатки: тент не спасал шофера от дождя, плохо действовал звуковой сигнал, сгорела прокладка выпускного коллектора, сломалось сцепное устройство.

В сводной ведомости состояние мотора, сцепления и тормозов оценили как отличное, а коробки передач, рессор и шин — как хорошее. Но выводы все равно оказались неутешительными: «1) Сложность конструкции и недостаточно верные расчеты отдельных частей, как, например, радиатора, который часто кипит; 2) большой вес; 3) незначительная скорость передвижения».

К этому стоит добавить и огромный расход бензина — в среднем 1,43 фунта на версту (1 фунт=400гр, 1 верста =1066м, т.е. 0,7-0,8 л/км), или же 0,0053 фунта на один пуд полезного груза. И если больше расходовали только «Бенцы», то второй показатель стал самым худшим — сказался большой вес. Кроме того, «Шкода» еще и больше всех потребляла масло — в среднем 16,1 фунта на 100 верст. При этом передвигалась она медленнее всех, а это обстоятельство никак не устраивало военных.

Автор отчета о пробеге — известный инженер Николай Григорьевич Кузнецов — кроме состояния дорог и поломок грузовиков описал еще и нравы местных жителей, причем некоторые строки похожи на этнографические заметки:

«Народонаселение по дороге производило очень неблагоприятное впечатление: попадалось много пьяных, количество которых особенно увеличилось верстах в 12 от Тулы. Встречные не сворачивали с дороги, ругались; были попытки бросать в проезжающих камнями. В санитарном автомобиле «Заурер» в деревне Сиволапкино выбиты были стекла. Хотя в общем нельзя сказать, чтобы народонаселение в массе своей относилось к автомобилистам враждебно — скорее можно вынести заключение, что среди крестьян Тульской губернии очень сильно развито попрошайничество, пьянство и хулиганство. Характерно, что все это в самой резкой форме выразилось невдалеке от Тулы, как будто в верстах 10–15 от города находится центр, от которого расходится во все стороны порча народонаселения. По мере удаления от него население становится менее озорным и постепенно выравнивается с общим типом».

Источник

Оцените статью
Имя, Названия, Аббревиатуры, Сокращения
Добавить комментарий